Архивы

Молоко непрозрачно на треть.

Трансперенси Интернешнл Россия» (ТИ) опубликовала исследование о влиянии коррупции на цену молока в РФ. По оценкам исследователей, доля взяток в той или иной форме в цене этого продукта для конечного потребителя составляет 15–30%. Впрочем, названные ТИ цифры основаны на небольшой выборке представителей отрасли и могут использоваться скорее как справочная характеристика молочного рынка.
Центр антикоррупционных исследований «Трансперенси Интернешнл Россия» опубликовал исследование о влиянии коррупции на цену молока в РФ. Выбор объекта исследования в ТИ объясняют тем, что «молоко — это товар первой необходимости, который покупают и бабушки, и студенты, и топ-менеджеры крупных компаний», что позволяет выяснить, «приходится ли платить за коррупцию обычному потребителю».
Авторы провели 14 экспертных интервью с маркетологами, представителями фермерских хозяйств и агрохолдингов, а также с сотрудниками перерабатывающих компаний. На основании собранной информации «Трансперенси Интернешнл Россия» заявляет о том, что «на всей производственной цепочке молочный бизнес сталкивается с коррупционными ситуациями как при взаимодействии с государственными органами, так и при работе внутри производственной цепочки». При этом исследователи констатируют, что сильнее эффект коррупции в молочной отрасли РФ проявляется в частном секторе — в виде «откатов со стороны закупщиков сырья, оборудования и готового продукта», которые напрямую влияют на цену закупки и перекладываются на потребителей в виде издержек на производство товара.
Отдельно ТИ отмечает большее влияние таких издержек на малый бизнес в молочной отрасли, тогда как «крупные западные компании практически могут работать, несмотря на наличие этих издержек, так как получают инвестиции от материнских компаний». Среди факторов большей защищенности крупного бизнеса исследователи отмечают и то, что «западные компании не идут на прямое коррупционное взаимодействие, так как подчиняются западному законодательству». Впрочем, «они могут вынужденно соглашаться на сомнительные условия в договоре с розничными сетями, потому что заинтересованы в долгосрочных отношениях с ними, при этом данные условия могут являться завуалированной коррупцией»,— допускают авторы доклада.
Примечательно, что, соглашаясь с наличием участия в коррупционных схемах госорганов, которыми «создаются препятствия при входе на рынок», избыточное регулирование и «в некоторых регионах» давление администраций на фермерские хозяйства с целью продажи молока местным заводам, исследователи оправдывают меньшее влияние этих схем на рынок тем, что «при взаимодействии с государственными органами решение, дать или не дать взятку, принимает собственник бизнеса или фермер», который волен сам определять, нести эти расходы самостоятельно или также переложить на конечного потребителя.
В целом же влияние коррупции на цену литра молока исследователи оценили в 6–12 руб. (15–30%) при средней цене продукта 40 руб. за литр. В пересчете на потребление в 262 л молока на душу населения в год коррупционная составляющая оценивается ТИ в 1,6–3,2 тыс. руб. в год. «На первый взгляд это незначительная сумма, однако это только потенциальная плата за коррупцию при потреблении только одного продукта питания, тогда как корзина потребителя включает в себя еще и овощи, фрукты, мясо, яйца, хлеб и многое другое»,— отмечают исследователи.
Информация с сайта ИА DairyNews

Комментарии запрещены.